Суд

По делам своего судебного репортерства я посетил большое количество судов и повидал многое. Было даже такое, что меня чуть не взорвали прямо в здании суда, вместе с судьями и прокурором, но, все обошлось – спасли старые деревянные скамьи еще довоенного производства. Тогда на добротную мебель дерево не жалели.

Однако, то, чему я стал свидетелем совсем недавно, обычным делом никак не назовешь. Всех фигурантов суда я знал лично: Катя и Роман. Молодая пара. Что-то у них там не заладилось, и Катя ушла от Романа. Потом я узнал, что Роман покончил жизнь самоубийством, а, вскоре, не стало и Кати. Я провел самостоятельное расследование, потому что состава преступления тут не было, но как-то концы не сходились с концами. В своем повествовании я назвал Романа Хромым демоном, потому что он в прошлом пережил операцию на ноге и с тех пор прихрамывал.

Я лежал на кровати в отеле, неразборчиво бубнил телевизор что-то бесконечно аполитичное, недалеко за окнами бухал какой-то механизм, наполняя комнату низким гулом. Ноут чуть слышно шелестел, охлаждая свои внутренности. Под этот неразборчивый шелест я и впал в транс, находясь между сном и бодрствованием, продолжая думать свои думы обо всех обстоятельствах этого запутанного дела.

Зычный голос секретаря суда: «Встать, суд идет!», выбросил меня из полудремы. Зал заседаний был пуст. Слева от судебного стола стоял молодой мужчина в безупречно белом костюме. Справа, развалившись в кресле, сидел другой мужчина – в безупречно черном костюме. В зал вошел Судья. Обвинитель даже не встал, только ироничная улыбка блуждала на его породистом лице. Он поправил пиджак, одернул галстук и развернулся к Судье.

Защитник сел и внимательно посмотрел в глаза подсудимому, направив свой горящий взгляд через весь зал.

— Рассматривается дело Хромого демона о передаче его души в ведение департамента Обвинителя, — громко продекламировала секретарь.

— Подсудимый, расскажите суду все обстоятельства вашего дела, — обратился к подсудимому Судья, — все и с самого начала. С чего начались ваши отношения с Катей, как они развивались?

— Нас познакомили общие друзья. Мне она показалась милой, непосредственной и искренней. Я знал, что у нее был какой-то парень до меня, но там не было ничего серьезного. Потом, как-то все быстро закрутилось, и мы приняли решение пожениться.

— То есть, к моменту свадьбы вас отношения устраивали, — уточнил Обвинитель.

— Да, раз мы так решили сделать – пожениться.

— С какого момента после свадьбы у вас появилась другая женщина? – Обвинитель.

Подсудимый смутился, стал шарить глазами, ища поддержки, но так ее и не нашел, запальчиво:

— Но у нас совсем не было секса! Ничего не получалось. Совсем. Ей было больно. Даже оральный секс не получался – ее тошнило и рвало! Что мне нужно было делать?

— Вы не ответили на вопрос, подсудимый.

— Через два месяца после свадьбы.

— Как долго продолжались эти отношения?

— Почти до самого с ней, с женой, разрыва. Это, примерно, три года.

— За это время вы что-то предпринимали, чтобы помочь своей жене решить ее проблему в сексе?

— Нет. Мы часто ссорились. Она меня ревновала. А вы спросили, что делала она? Ничего! Так и мы жили: без секса, но в ревности.

— Совсем ничего не делала? – Уточнил Обвинитель.

— Нет, что-то делала, конечно, старалась. Читала, там, книги какие-то, но потом за месяц до разрыва я заметил, что она очень активно в интернете стала проводить время. С кем-то там общалась, переписывалась. Потом я стал замечать, что ее поведение в сексе изменилось – она стала более активной, интересовалась моими переживаниями. А потом это случилось.

— Что, ЭТО?

— Однажды я пришел домой и застал ее в ужасном состоянии: она рыдала без удержу, не могла успокоиться, толком ничего не могла объяснить. Я подумал, что это ее очередные залеты в ревность, но все оказалось намного хуже. Что-то там с ней сделали в этой ее терапии, и она все вспомнила. Вспомнила, как ее изнасиловал педофил в ее детстве. После этого начался кошмар. Она раз за разом мне повторяла свой рассказ, вспоминала жуткие подробности: как ее рвало, когда он ее насиловал и чуть не задушил, прижимая лицо к подушке. Днем, вечером, ночью. Я не знал, куда от всего этого деваться. И хотя секс как-то начинал налаживаться, больше я этот кошмар терпеть не мог.

— И что вы сделали?

— Я ее выгнал.

— Как выгнали? Как собаку, что ли?

— Да. Пришел с подружкой и сказал: выметайся из дома за 3 дня.

— Значит, — уточняет Обвинитель, — правильно ли я вас понимаю, подсудимый, что вы видели, как ваша жена нуждается в помощи, видели, что причиной ее проблем в сексе была травма, полученная в детстве, но все равно отказали ей в помощи, да еще и выгнали из дома?

— Я был зол на нее! Она меня достала своим нытьем и соплями!

— Другими словами, сопли и нытье вам не нужны были, а секс без проблем – нужен?

— Послушайте! А где презумпция невиновности? – вскричал подсудимый, обращаясь к Судье, — почему я должен выслушивать эти обвинения?

— Подсудимый, придерживайтесь Правил! – Строго заметил Судья, — Обвинитель на то и обвинитель.

— Да! – продолжил подсудимый, немного успокоившись, — нужен был секс без особых проблем! Без нытья, соплей и прочего. Да, я хотел секса с женой без всяких напряжений, чтобы не грузили ничем.

— Если вам нужен был секс с женой, то зачем вы ее выгоняли?

— Я хотел ее испугать, чтобы она прекратила свои сопли и успокоилась. Но все пошло не так, как я ожидал. Она действительно собрала вещи и уехала к подруге в другой город. Потом я немного остыл и решил все исправить. Я знал, что она сдает экзамен и наверняка приедет в институт. Я купил цветы и стал ждать ее у входа в институт. Однако тут меня ожидал странный сюрприз. Она приехала в сопровождении подруги и ее брата. Я попытался подойти к ней и поговорить, но она отказалась меня выслушать. Тогда я упал на колени перед ней, чтобы она меня простила, но она стала кричать, что больше меня не любит, а любит другого. Я стал хватать ее за руки, но брат подруги оттеснил меня, а потом вообще ударил в лицо. И я струсил. Моей злости не было предела. Я сразу же подал на развод и написал ей об этом.

— Я правильно вас понимаю, что ради беспроблемного секса с женой, вы встали на колени и получили кулаком в лицо?

— Нельзя же сводить все к сексу!

— Почему же? Вы сами дали повод так думать о ваших отношениях с женой. Посудите сами: помогать решать ее проблему вы не захотели, правильно? Когда она нуждалась в вашей поддержке, вы ее не оказали, даже более того – вышвырнули из дома, чтобы сырость соплями не разводила!

— Вы намеренно сгущаете краски! И потом! Она меня унизила!

— Чем? Заставила приехать ее ждать, а потом упасть на колени и получить кулаком в лицо?

— Вы! Вы!

— Да, я. Скажите, подсудимый, вы отомстили своей жене за этот эпизод?

— Через какое-то время, не помню, она поругалась с подругой и попросила меня приехать забрать ее. Мы поговорили, потом она стала кричать на подругу, а потом мы уехали. У нас был секс. Это было все совсем по-другому. Она была такая страстная! От проблем не осталось и следа.

— Значит, кто-то другой помог решить ее проблему в сексе?

— Не знаю! – Раздраженно бросил подсудимый, — мы почти сразу поругались, потому что она, похоже, стала жалеть, что уехала от подруги и что-то там натворила не то. Я снова разозлился и выгнал ее.

— То есть, и на этот раз вы ей отказали в помощи, правильно я вас понимаю!

— Черт, да. Так и было. Я злился и ревновал непонятно к кому. К какому-то другому человеку, которого она любила. Это меня страшно бесило. Я отвез ее на дачу и бросил там. Позже она наглоталась таблеток и вызвала скорую от испуга. Ее откачали и направили в психушку. Через день она выписалась и уехала назад к подруге.

— Вы не ответили на вопрос о мести. Когда и как вы это сделали?

— У нее умер отец. Ей нужны были деньги на похороны. Она пришла ко мне. Я сказал – только через постель.

— Другими словами, вы воспользовались ее сложным положением и принудили к сексу с вами?

— Да, именно так все и было.

— И вы рассчитывали после этого наладить отношения?

— Я ни о чем тогда не думал. Меня все это злило и бесило. Потом я стал остывать и начал думать, как все исправить. Сначала я забрал заявление о разводе и написал ей об этом. Потом я взял с собой брата и двух друзей и поехал искать встречи с ней. Мы подъехали к дому. Она вышла с подругой. Брата не было.

— А поддержку вы с собой взяли, чтобы больше кулаком в лицо не получать?

— Да. Она отказалась со мной говорить, а подруга ее активно защищала. Нам пришлось уехать, но мы вернулись на другой день. Жена была у подруги, и ребенок подруги был с ней. Подругу положили в больницу. Я подумал, что никто теперь мешать не будет. Мы всю ночь стояли под дверью квартиры, звонили. Утром жена вызвала милицию, и нас увезли в отделение.

— Я вас правильно понимаю, что ваша настойчивость даже милиции показалась странной?

— Я не знал, что делать. Я завалил ее почтовый ящик письмами с угрозами, что убью ее или себя, потому что я не знал, как изменить ее отношение! Потом я встретил ее еще раз, поджидая у дома. Я увидел в ее глазах, что кроме жалости у нее ничего ко мне не осталось, и это было последней каплей. Я приехал домой, пил несколько дней, а потом выпил горсть таблеток. Сразу стало легче. Я знал, где она находилась, и пошел туда. Ходил вокруг дачи. Собаки чувствовали меня и выли страшным воем. Потом я увидел одну из них – огромного алабая, он был болен. Я попросил его помочь мне, и он согласился – укусил жену за ногу, когда она его кормила. А потом пугал ее всю ночь и не выпускал из дома. Через неделю я увидел свою жену здесь и стал снова преследовать ее, но тут появились какие-то другие сильные сущности и отогнали меня. После этого я ее потерял. Сейчас мне холодно и одиноко, только алабай где-то кружит рядом. Я знаю, он умер почти сразу после этого события.